Новости
Троицкая родительская суббота
06 июня 2020

По Уставу Вселенской Православной Церкви накануне праздника Святой Пятидесятницы (Троицы) совершается заупокойное богослужение, как и в день первой Вселенской родительской субботы, бываемой на мясопустной седмице перед Неделей (Воскресением) о Страшном Суде. Эта родительская суббота получила название Троицкой и так же, как и Мясопустная, предваряет собой вхождение в пост, который начинается через седмицу и именуется Апостольским.

Троицкая вселенская родительская суббота в 2020 году — 6 июня

По Уставу Вселенской Православной Церкви накануне праздника Святой Пятидесятницы (Троицы) совершается заупокойное богослужение, как и в день первой Вселенской родительской субботы, бываемой на мясопустной седмице перед Неделей (Воскресением) о Страшном Суде. Эта родительская суббота получила название Троицкой и так же, как и Мясопустная, предваряет собой вхождение в пост, который начинается через седмицу и именуется Апостольским.
Это поминовение усопших ведет свое начало со времен апостольских. Как об установлении мясопустной родительской субботы сказано, что «Божественные отцы прияли ее от священных апостолов», так можно сказать и о происхождении Троицкой субботы. В словах св. ап. Петра, произнесенных им в день Пятидесятницы, есть важное указание на начало обычая поминовения усопших в день Пятидесятницы. Апостол в этот день, обращаясь к иудеям, говорит о Воскресшем Спасителе: Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти (Деян. 2, 24). А постановления Апостольские повествуют нам о том, как апостолы, исполняясь Духом Святым в Пятидесятницу, проповедовали иудеям и язычникам Спасителя нашего Иисуса Христа, Судиею живых и мертвых. Поэтому Святая Церковь издревле призывает нас совершать перед днем Пресвятой Троицы поминовение всех от века усопших благочестивых праотец, отец, братий и сестер наших, т. к. в день Пятидесятницы запечатлелось искупление мира освятительной силой Животворящего Пресвятого Духа, которая благодатно и спасительно простирается, как на нас, живущих, так и на умерших. Как в Мясопустную субботу, представляющую как бы последний день мира, так и в Троицкую, представляющую собой последний день Церкви Ветхозаветной перед раскрытием во всей силе царства Христова в День Пятидесятницы, Православная Церковь молится о всех усопших отцах и братиях. В самый же праздничный день возносит о них, в одной из молитв, воздыхание ко Господу: «Упокой, Господи, души рабов Твоих, прежде усопших отец и братий наших, и прочих сродников по плоти, и всех своих в вере, о них же и память творим ныне».
В День Пятидесятницы искупление мира было запечатлено освящающей и совершительной силой Животворящего Пресвятого Духа, благодатно и спасительно простирающейся на живущих и умерших. Поэтому и Святая Церковь, как в Мясопустную субботу, представляющую как бы последний день мира, так и в Троицкую, представляющую собой последний день Церкви Ветхозаветной перед раскрытием во всей силе Церкви Христовой в День Пятидесятницы, молится о всех усопших отцах и братиях, а в самый День Пятидесятницы возносит о них молитвы Господу. В одной из этих молитв говорится: «Упокой, Господи, души рабов Твоих, прежде усопших отец и братий наших, и прочих сродников по плоти, и всех своих в вере, о них же и память творим ныне».

Троицкая родительская суббота

Наверное, потому, что наступает – Пятидесятница. День, именуемый днем рождения Церкви. Той Церкви, которую Ты, Христе, создал Своею Кровию и Своим Воскресением, которой посылаешь Духа, чтобы отныне она жила и действовала в мире, вместе с Тобою спасая и преображая мир.
День рождения Церкви, то есть – всех нас. И вот вся Церковь молится – не то, чтобы «о нас», но о себе самой.
Завтра – воскресенье, исполненное пламенных языков Духа Святого. Завтра Церковь будет молиться о своей полноте в единстве живых и усопших своих членов, как единый человек, который, молясь о себе самом, не разделяет себя-живущего и себя-умершего…
Завтра будут коленопреклоненные молитвы, в которых человек-Церковь молит о себе Бога Вседержителя, являя, открывая себя Богу во всей неприглядности, трагичности и сложности человеческого состояния, от покаяния: «…и помяни нас смиренных и осужденных, и возврати пленение душ наших, Твое милование имея о нас молящееся», до вопля смертного – Тому, Кто «очищения убо молитвенная о иже во аде держимых сподобивый приимати, великия же подаваяй нам надежды ослабления содержимым от содержащих я скверн, и утешению Тобою низпослатися». Это – мольба не здоровых о посторонних больных, не живых о посторонних мертвых: это мольба Церкви о самой себе…

Это будет в день Пятидесятницы. А пока – поминальная суббота, исполненная трагизма смерти – но и великого покоя, дарованного нам Тем, кто смертию победил смерть. Об этом покое говорит в книге «Литургия смерти и современная культура» замечательный пастырь и богослов о. Александр Шмеман, анализируя 118-й псалом: « Этот псалом раскрывает нам, что каждая смерть – это вход в огромную и светлую тишину Великой и Святой Субботы, благословенной Субботы, в утро невечернего дня Царства Божия. Таким образом, то, что древняя Церковь знала и переживала с самого начала, о чем она свидетельствовала и что утверждала выразительными надписями на гробницах: «Он жив», «Она жива», теперь превратилось в литургическое торжество, уникальное в своей глубине и красоте».
Действительно, именно в Литургии, «общем деле», деле, продолжающем и утверждающем Воскресение, мы, как никогда, чувствуем единство Церкви. Да, за долгие века – об этом о. Александр писал не раз, и с особенной болью – целокупное переживание Литургии как Воскресения пообветшало, Богослужение как бы искрошилось, и от него отвалилась заупокойная частица, стала отдельной «требой об умерших», и мы, христиане, подобно язычникам, иногда взираем на «загробный мир» с неподобающим страхом, а на усопших – как на чужих и далеких, словно бы забыли, что смерть побеждена Христом, что в Церкви мы – снова едины и близки…
Когда мы молимся об усопших на Литургии, мы молимся не столько о них, сколько вместе с ними. Оттого в Троицкую родительскую субботу – ощущение того, что храм переполнен, что мы с нашими усопшими стоим локоть к локтю. Но вместе с тем – нам не тесно, мы — в свете и просторе Субботы, утра Воскресения. Потому что не мы перешли в «загробный мир», и не усопшие проникли назад в нашу земную юдоль – мы вместе с ними вступаем в невечернее Царство, в пространство жизни вечной.

Перейти к верхней панели